Мировые финансовые рынки, привыкшие к резким заявлениям Дональда Трампа, вновь испытали шок, но на этот раз — облегчение. Трамп, известный своей жесткой риторикой в адрес Тегерана, в последний момент отменил ультиматум, грозивший перерасти в крупномасштабный военный конфликт на Ближнем Востоке. Однако заявления из Вашингтона и Тегерана настолько противоречат друг другу, что ситуация напоминает сюрреалистический театр: американский лидер утверждает, что сделка почти состоялась, а иранские власти отрицают сам факт диалога.
Хронология отступления
Ещё утром в понедельник аналитики вели обратный отсчет. Субботний ультиматум Трампа звучал как приговор: Ирану давалось 48 часов на то, чтобы открыть Ормузский пролив для судоходства. В противном случае Вашингтон угрожал уничтожить энергетическую инфраструктуру исламской республики. Тегеран ответил симметрично и жестко — пригрозив минированием Персидского залива, выводом из строя опреснительных установок у соседей и полной остановкой региональной добычи нефти и газа. Котировки барреля взлетели с $108 до $114.
Но когда до «часа X» оставалось менее суток, в социальной сети Трампа появился пост, который сбил нефтяные цены вниз (баррель опустился к $100). Президент США объявил о переносе бомбардировок на пять дней, сославшись на успешные переговоры. По его словам, представители Вашингтона — спецпосланник Уиткофф и зять президента Джаред Кушнер — вели диалог чуть ли не всю ночь с неким «фактическим лидером» Ирана.
Собеседник, по версии Трампа, якобы пообещал вывезти весь уран и согласиться на совместное управление стратегическим проливом.
Иранское вето и игра с посредниками
В Тегеране сразу же обрушили эту версию. Президент Масуд Пезешкиан и МИД Ирана синхронно опровергли информацию о каких-либо переговорах. Единственное, в чем иранская сторона согласна с американской — это в том, что Вашингтон якобы просил о встрече. Однако условия Тегерана остались неизменными и жесткими: снятие санкций, репарации за нанесенный ущерб, гарантии безопасности и признание права на мирный атом.
Иранские медиа выбрали триумфальную риторику, заявляя, что именно им удалось загнать Белый дом в угол, вынудив его отступить.
В информационном поле началась настоящая вакханалия с определением того самого «тайного лидера». Израильские источники (в частности, Axios и Ynet) называли имя спикера парламента Ирана Мохаммада-Багера Галибафа. Однако сам Галибаф, фигура, максимально приближенная к верховному лидеру аятолле Хаменеи, и ветеран Корпуса стражей исламской революции (КСИР), публично возмутился, назвав эту информацию фейком и подчеркнув единство руководства страны.
Более того, Reuters со ссылкой на осведомленные источники сообщило, что США действительно пытались связаться с Галибафом, но ответа не получили. Если контакт и был, то иранская сторона сразу обозначила красные линии, не позволяющие торговаться.
Три кита «временного перемирия»
Почему же Трамп, известный тем, что не любит выглядеть слабым, предпочел отыграть назад? Эксперты выделяют три основные версии, которые не исключают, а скорее дополняют друг друга.
Первая: «Нефтяной потолок» и экономика. Самой очевидной причиной стала паника на сырьевом рынке. Рост цен на топливо перед внутренними выборами — это политическая смерть для любой американской администрации. Трампу было необходимо сбить спекулятивную волну. Не случайно сразу после его заявления о «хороших переговорах» министр энергетики Крис Райт объявил о начале продажи стратегических резервов нефти, ориентированных на Азию — регион, критически зависящий от ближневосточных поставок. Психологический эффект был достигнут: ажиотаж спал.
Вторая: Дипломатия страха. Согласно этой версии, Трамп стал жертвой собственного блефа. Когда Белый дом через неофициальные каналы попытался оценить реальные последствия удара по иранским электростанциям, ответ, полученный от монархий Персидского залива и через разведку, оказался пугающим. Сценарий «Апокалипсиса», доложенный ЦРУ, предполагал коллапс энергоснабжения союзников и неконтролируемую эскалацию. Более того, арабские монархии якобы сами бросились в ноги Вашингтону с предложением финансовых компенсаций, лишь бы их не втягивали в войну, которая лишит регион питьевой воды и электричества.
Третья: Военная пауза (наиболее реалистичная). За дипломатической активностью может скрываться банальная логистика. Ударные амфибийные группы кораблей USS Boxer и USS Tripoli, перевозящие около пяти тысяч морских пехотинцев, ещё находятся в пути — один из Сан-Диего, другой из Японии. Для штурма главного нефтяного хаба Ирана — острова Харк — или зачистки береговой линии Ормузского пролива от подразделений КСИР этих сил пока недостаточно.
Трамп сам оставил лазейку в своём заявлении, предупредив, что в случае провала переговоров (которых официально нет) атаки возобновятся с удвоенной силой, причём как со стороны США, так и со стороны Израиля.
Тупик у стола переговоров
Показательно, что в Тегеране сменился глава Высшего совета национальной безопасности — вместо убитого Али Лариджани пришел Саид Джалили. В его первом заявлении прозвучала важная формулировка: мощь Ирана заставила Америку сесть за стол переговоров «реальности».
Это означает, что иранское руководство не отрицает саму возможность диалога в будущем, но настаивает на том, что это будет разговор о капитуляции американских требований, а не о компромиссе. Сейчас же стороны замерли в хрупком равновесии.
Израиль, который изначально был настроен более радикально, продолжает нагнетать обстановку. Вбросы о скором начале переговоров в Пакистане и планах Трампа посетить Израиль 22 апреля (к Дню независимости) за получением высшей награды из рук Нетаньяху указывают на то, что игра далека от завершения. Для Тель-Авива идеальным сценарием остается полное уничтожение ядерной программы Ирана, и он в любой момент может попытаться подложить «взрывчатку под стулья» переговорного процесса.
Пока же боевые действия затихли. За последние сутки не было зафиксировано значимых ударов. Но это затишье, как отмечают политологи, может оказаться лишь временной передышкой, необходимой для перегруппировки сил перед новым, возможно, более масштабным витком противостояния.
